Этот сайт больше не поддерживается, для получения информации перейдите по ссылке ниже

Ссылка на новый сайт Клуба натуристов Здоровая семья!
07 Январь 2011СМИ
11663
4,3

Как я была нудисткой

Сауна

В австрийском местечке Бад-Вальтерсдорф есть отель и термальный комплекс. В одном его крыле бассейны, где купаются в купальниках, тут русскому человеку все более-менее понятно. А в другом — бани и сауны, там нужно показывать высокую культуру тела. То есть ходить без трусов. Культура, как обычно, дается нам тяжело.

Моя коллега Инна все время подбивала хозяина отеля Эрвина Пайрля закрыть для нас банное отделение на вечер. Мол, мы, русские, в горящую избу, конечно, войдем, но только не в баню с голыми людьми. Так что давайте с семи часов голых оттуда выгоним и мы, одетые, пойдем.

К просьбе Инны отнеслись серьезно: в прошлом году русская делегация уже заходила в банное отделение днем и, увидев там голого дедушку, с визгом убежала.

Инна заявила: «Пойду туда только вечером, когда закроют». Но времени для отдыха у нас было мало, поэтому я решила все-таки шагнуть в эту «клетку с тиграми».

В «клетке» лежали в шезлонгах люди, надо отдать им должное — в халатах. Перед входом в сауну стояла женщина: на моих глазах она сбросила купальник и с прямой спиной вошла в дверь парной. Я встала перед моральным выбором.

«Ну ты же не ханжа? — говорил мне внутренний голос. — Ты свободный человек XXI века, чуждый ложной морали. Ты же была хиппи, в конце концов!»

Это почему-то не действовало.

Потом вспомнилась мама на пляже в детстве. Она говорила, пытаясь переодеть мне мокрые трусы на сухие:

— Да кто на тебя смотрит! Нужна ты кому-то сильно!

Это внезапно подействовало. Я скинула с себя оковы, то есть халат, и вошла в парную. Там было темно. Первое время я, конечно, прижималась к коленям, делая вид, что эта акробатическая поза для меня естественна. Но потом расслабилась.

Вдруг зажглась яркая лампа и осветила присутствующих. Все осмотрелись. Лампа вспы­хивала раз в несколько минут: видимо, чтобы можно было выяснить, не стало ли кому плохо. Ну не для рассматривания же окружающих.

Опять вспомнилась мама. На пляже, соседствующем с нудистским, она давала мне очищенный от кожицы персик и недовольно смотрела в сторону далеких фигур на скалах. Ей было глубоко чуждо, что мужчины там «выставляют свое хозяйство» и  «трясут своими делами».

Выйдя из парной, я поняла, что халат мой висит через дорогу. Со всем возможным достоинством я дошла до него. Мимо прошел мужчина. Я подумала со злорадством: ну и что, а вот не буду торопиться. И почувствовала, как растет во мне культура тела.

Шезлонги перед термальным бассейном стояли, как сиденья в зрительном зале. Нужно было оставить халат и непринужденно дойти до воды. Оглядевшись в ожидании момента, когда зрителей в шезлонгах будет меньше всего, я проделала марш-бросок к огневому рубежу и нырнула в бассейн.

Из головы не выходила мама. Глядя на фигуры на скалах, она выносила приговор нудизму:

— И если бы еще молодой был и интересный, а так старый и с пузом!

Мимо прошли два очень спортивных молодых человека. И тут я поняла, что мама все-таки была права. Ко мне двигался мужчина в возрасте, напоминающий кашалота. В передаче про спасение китов таких переносили подъемным краном с берега в воду. Кашалот медленно приближался и сопел.

Стараясь не смотреть в сторону надвигающегося складчатого тела, я непринужденно закинула руку на бортик бассейна. Кашалот погрузился, вызвав небольшое цунами, и неожиданно спросил:

— Включить массажные струи?

Из бассейна я бежала. Обтирала лицо снегом, чтобы прийти в себя. Культура тела все-таки оказалось не на высоте.

Вечером с Инной, когда сауна опустела, я чувствовала себя гораздо спокойнее.

— Австрийцев приучают к культуре тела еще в школе, — сказал нам Эрвин. — У меня дочь с детства привыкла к голым родителями, это ее уже не шокирует. В школе на занятиях говорят, что в парной находиться в купальнике вредно для здоровья, рассказывают, что голым ходить не стыдно, что человек должен быть в гармонии со своим телом.

Вспомнилась уже не мама, а строки Осипа Мандельштама: «Дано мне тело, что мне делать с ним?» Вечный русский вопрос.

Жена Эрвина Пайрля — русская художница Елена Васильева. Блондинка-красавица. Я спросила ее:

— Лена, вы тут за шесть лет жизни привыкли к голой бане?

— Нет! — засмеялась она. — Но наберемся храбрости и идем. У меня подруга с Украины здесь, вот мы вдвоем пойдем, сядем в сауне, мужчины заходят, видят нас — радуются. И убегают.

Как, говорю, почему убегают? И как радуются?

— Ну как… Так! — сказала Лена. — Радуются, это становится заметным, и они сами уходят.

Так русские женщины побеждают австрийскую культуру тела.

Автор: Саша Денисова

5   


© NaturismLife, 2006-2013 (0,04s)
Rambler's Top100